«Буквально за ночь до того, как он согласился на контракт с Nike, в договор внесли пункт: если его выберут «Никс», ему полагался бонус — процентов 20 или 30». Так североамериканский журналист и инсайдер ESPN Брайан Уиндхорст описал закулисную сторону одной из самых громких сделок в истории баскетбольной экипировки — контракта звёздного форварда «Филадельфии Сиксерс» Леброна Джеймса с Nike.
Дело было в 2003 году, незадолго до драфта НБА, на который юный Леброн выходил главным кандидатом на первый номер. По словам Уиндхорста, пункт о бонусе на случай выбора Джеймса клубом «Нью-Йорк Никс» появился в документе в самый последний момент — за сутки до того, как форвард поставил подпись под соглашением с Nike.
Договорённость о дополнительной выплате зафиксировали буквально накануне лотереи драфта, которая определяла порядок выбора команд. Логика простая: попадание Леброна именно в «Никс», с их медийным весом и нью-йоркской сценой, обещало Nike совсем другой коммерческий эффект, чем выбор любым другим клубом.
Как провалилась лотерея
Ставка не сыграла. Когда конверт вскрыли, выяснилось, что «Нью-Йорк Никс» получили лишь девятый пик драфта — результат, исключавший для клуба реальный шанс выбрать Джеймса. По описанию Уиндхорста, реакция в зале была единодушной: раздался общий вздох разочарования, потому что присутствующие рассчитывали увидеть Леброна именно в форме «Никс».
Эту историю журналист вспомнил в подкасте The Hoop Collective. А деталь с условным бонусом в контракте — редкое документальное подтверждение того, насколько заранее индустрия просчитывала коммерческую судьбу будущей суперзвезды: ещё до того, как та сыграла хотя бы одну минуту в НБА.
